«Грузинская мечта» реализует стратегии, принятые Саакашвили

Северокавказский вояж делегации грузинских экспертов и общественных деятелей, начавшийся с Северной Осетии, вызвал жесткую реакцию общественности и основных политических сил Осетии.
Свое однозначное осуждение выразили президент и парламент РЮО, а также политические партии. В самой Северной Осетии незваных гостей ожидало прохладное отношение, многие общественные деятели РСО-А высказались против подобных визитов, а глава республики Таймураз Мамсуров отказался принимать новоявленных «данайцев», которые было вознамерились встретиться с ним. Посетив грузинскую школу во Владикавказе и проведя ряд встреч, делегация отправилась по другим северокавказским столицам.
Как сообщают информагентства, грузинские эксперты, некоторые из которых регулярно принимают участие во встречах с югоосетинскими НПО, озвучили симптоматичные заявления, в частности, что Грузия собирается в ближайшее время запустить проекты, связанные с Югом России и республиками Северного Кавказа.
Складывается парадоксальная на первый взгляд ситуация - северокавказская стратегия Грузии и стратегия по вовлечению были разработаны при Саакашвили, тогда же были начаты первые шаги в направлении их реализации, но, по сути, их полномасштабная реализация началась именно сейчас - при противнике Саакашвили - Бидзине Иванишвили. Туманные инициативы, без конца предлагаемые Южной Осетии, вояжи грузинских эмиссаров в Россию, по регионам Северного Кавказа, все эти действия полностью лежат в русле реализации обозначенных стратегий. Парадокс объясняется тем, что истинным автором этих документов, представляющих собой образец передовых наработок Запада в области пиара и политтехнологий, является отнюдь не команда Саакашвили. Наоборот, прежний режим в Грузии, законодательно приняв эти разработки, своей оголтелой антироссийской политикой создавал непреодолимые препятствия на пути планов Запада. Авантюрные наскоки и агрессивная риторика Саакашвили вызывали соответствующую реакцию со стороны Южной Осетии, Абхазии и России. Более того, существовала реальная опасность, что в ответ на его очередную провокацию 58-я армия будет чистить гусеницы своих танков примерно в районе грузино-турецкой границы.
Указанные стратегии представляют собой классический пример применения тактики «мягкой силы», которая исключает прямое силовое давление, без которых не представлял свое политическое существование Саакашвили. Поэтому было принято решение убрать не совсем адекватного лидера «маяка демократии» и поставить более прагматичную фигуру, способную без пены на губах, но не менее последовательно проводить в жизнь дальнейшие планы Белого дома, которые тоже в свою очередь при демократах Обамы стали более изощренными.
Под эгидой Вашингтона был устроен масштабный спектакль под названием «первая в истории Грузии мирная передача власти», правда природная экзальтированность грузинских политиков грозит все время разрушить сценарий, и американскому послу Ричарду Норланду приходится бегать с огнетушителем между двумя группировками. Впрочем, тональность заявлений Норланда более подходит для строгого ментора, который снисходительно смотрит, пока его подопечные раздают друг другу тумаки, но жестко вмешивается, когда они собираются поджечь дом.
Кстати, уверенное управление ходом процессов в Грузии американским посольством как-то не вяжется с клятвенными заверениями «мечтателей» о стремлении наладить дружественные отношения с Россией. По идее, подобные речи должны были нервировать американцев, но этого не происходит по одной простой причине - ситуация в Грузии пока что под их полным контролем, а все происходящее под соусом так называемого «российско-грузинского сближения» является ничем иным как желанием прагматиков-янки заставить Россию оплатить счета Грузии, страны-банкрота. Ведь за время правления Саакашвили, когда страна играла роль аванпоста НАТО на Кавказе и экспериментального поля для отработки новых технологий, долг Грузии вырос до катастрофических для такого небольшого государства размеров. По данным Минфина Грузии на 31 января 2013 года, объем государственного внешнего долга Грузии и взятых под государственные гарантии кредитов составил 4 млрд 386 млн 315 тыс долларов США. Все получаемые от Запада средства режим тратил на различные прожекты и агрессивный пиар, а тем временем уровень жизни населения падал. Пик выплат по внешнему долгу как раз придется на ближайшие годы. Оплачивать многомиллиардные счета, и к тому же повышать уровень жизни рядовых картвелов янки явно не намерены, это вам не Советский Союз, геополитическая благотворительность никогда не была характерной чертой для политики Вашингтона. Там решили, что это должна сделать Россия, открыв свои рынки для грузинской, никому не нужной продукции и вкладывая инвестиции в анарексичную грузинскую экономику. И все это в качестве благодарности за красивые сказки о якобы происшедшей смене геополитического курса Грузии. А тем временем, «Мечта», укрепив свои позиции за счет подъема экономики на российских дрожжах, будет спокойно дрейфовать в сторону Североатлантического альянса, не забывая в очередной раз поднять бокал грузинского вина за «вечную дружбу» народов.
Помимо внутриполитической и экономической составляющей, авторы проекта «Грузинская мечта» преследуют и другую цель. Агрессивная политика в адрес России при прежнем режиме не только создавала угрозу реального краха остатков грузинской государственности, но лишала Грузию всякой возможности хоть как-то влиять на политику Кремля в Кавказском регионе. Теперь, имитируя сближение с Россией, Тбилиси рассчитывает получить рычаги влияния. Явное тому доказательство - последние заявления министра иностранных дел Грузии Майи Панджикидзе, которая разразилась очередной порцией достаточно абсурдных претензий. МИД Грузии выразил глубокую озабоченность распространенными в СМИ информациями о возможной интеграции Южной Осетии в платежную систему РФ.
«Осуществление такого решения станет шагом назад на фоне усилий по внесению позитивной динамики в двусторонние взаимоотношения, которые в последнее время предпринимали обе стороны. Такое решение упрочит оккупационный режим на суверенной территории Грузии», - сказано в специальном заявлении грузинского внешнеполитического ведомства.
После такого заявления хоть стой, хоть падай. Грузия по-прежнему обвиняет Россию в оккупации, или, иначе говоря, в агрессии, а это также означает отрицание вины Грузии за события 2008 года, что не мешает ей говорить о каком-то мифическом сближении. Страна, чьи вооруженные силы еще несколько лет назад добивали раненых российских миротворцев и российских граждан в Южной Осетии, ставшая базой для террористов на Северном Кавказе и спонсором подрывных сил, и которая по сей день стремится войти во враждебный России военный блок, начала диктовать условия! И это без намека на признание своей ответственности за совершенные преступления, достаточно лишь сказать, что виноват один Саакашвили.
Теперь, оказывается, из Тбилиси будут диктовать Правительству РФ с кем интегрироваться, а с кем нет, с кем надо дружить, а с кем не стоит этого делать. Кстати, с учетом изменившихся «геополитических реалий», российским лидерам, видимо, придется спрашивать разрешения Майи Панджикидзе на предмет того, кого принимать в создающийся Евразийский союз.
Вывод из не совсем адекватного заявления грузинского МИД напрашивается сам собой - имитацию сближения с Россией, Тбилиси в сфере внешней политики намерен использовать для того, чтобы предотвратить дальнейшее укрепление связей РФ с Южной Осетией и Абхазией, ослабить позиции Москвы в этих республиках, чего столько лет добивается Запад.
Началась новая фаза политики по изоляции Южной Осетии и Абхазии от республик Северного Кавказа и их отдалению в целом от России. Конечная цель реализации стратегии - отрыв всего Кавказа от России путем подрыва ее позиций в тех республиках, которые вот уже более двух десятков лет являются точками опоры для РФ в этом бурном регионе.
Вояжи грузинских деятелей, подобных нынешнему, будут совершаться не раз и это только часть мероприятий. При этом никакого особого противодействия эти действия пока не встречают. Конечно, все политические силы Южной Осетии достаточно оперативно и жестко реагируют на поползновения новых грузинских властей, но этого недостаточно. Югоосетинские эксперты сходятся во мнении - необходим комплекс мер предметного осязаемого характера в тесном взаимодействии с Северной Осетией, Абхазией, республиками Северного Кавказа, национально-ориентированными политическими силами России.
Противостоять тактике «мягкой силы» можно продуманными активными действиями, в том числе на информационном поле, максимально интенсифицируя контакты по линии политических партий, общественных организаций и экспертного сообщества с РФ. Разумеется, речь должна идти о консолидированных усилиях всех политических сил, которым действительно небезразлично будущее осетинского народа. Иначе «эпоха» дележа подрядов, начавшаяся в Южной Осетии после августа 2008 года, может обернуться для нас «распилом» самой республики.
Давид ПУХАЕВ